Звуковая среда Прокофьева не может оставить равнодушным никого, потому как содержит невероятный синтез всего самого дорогого: невероятные по красоте мелодии, барочная роскошь всевозможных сочетаний – гармоний, ритмов, тембров… И все это складывается в совершенный по драматургии архитектурный Абсолют.
Как дать ощутить гений Прокофьева через визуальный ряд, когда речь идет о воплощении оперы «Война и мир».
Прокофьев очень тонко передал эпоху, описанную в романе Льва Толстого. Его собственный стиль удивительно воплотился в дух эпохи романа, во все нюансы переживания мира героями Толстого. При этом его собственный музыкальный гений, как самостоятельный код, проник в плоть и кровь образной среды романа.
Удивительно сложный синтез гения и автора оперы воплотил художник-постановщик Иван Складчиков. Иван входит в топ лучших современных театральных художников. Его прочтение Прокофьева, конечно, прямое тому доказательство. Удивительно другое – способность художника посредством визуального ряда стать частью музыкальной поли-матрицы Прокофьева.
Первое, что воздействует сразу это одна из самых сильных в искусстве универсалий – «античный театр». Зритель ощущает это моментально, на уровне подсознания, потому как ему предлагают вневременные образные модели: античную скульптуру, колонны с капителями ионического и коринфского орденов, организующими сцену как архитектурную модель греческого храма. Этот синтез как первая ступень начинает формировать в сознании сложный архитектурный ансамбль смыслов, в том числе музыкальных: античное, как основа жанра оперы, барочные и классические черты стиля музыки Прокофьева, барокко в русском зодчестве. Сценография создает в сознании звучания из опер Генделя и Люлли, незаметно обволакивает восприятие сюжета, задуманного в определенной исторической локации, вневременной составляющей, имя которой – красота.
Но через капитель коринфского ордена мы попадаем и в конкретную историческую эпоху тоже. Как передать принадлежность главных героев оперы (Андрея Болконского, Наташи Ростовой, Пьера Безухова) определенной социальной группе. Конечно через архитектурную формулу. Что в сознании современного человека может явиться визуальной моделью аристократического дореволюционного мира? Конечно идеальная по форме и пропорциям античная колонна белого мрамора. А что можно ей противопоставить, чтобы изобразить действие за пределами дворянских особняков? – неотесанное, угловато обрубленное бревно. Эта гениальная простота и явилась основным строительным материалом сценографии Ивана Складчикова.
Очень тонко продумана и цветовая палитра. Она решена в духе живописных полотен эпохи классицизма: Пуссена, Лоррена, батальной живописи XVIII века. Из данной палитры формируются символические задники сценического оформления. У каждого героя этот фон решен в особенном стиле, подчеркивает статус и характер героя.
Тонкий интеллектуализм художника проявился и в оформлении обрамляющих все действие прологе и финале. Зрителю представлен один и тот же фон. В прологе центр его композиции перекрыт плотным рядом колонн, в финале объёмные колонны расступаются, открывая зрителю композиционный центр фона, в основании которого спрятаны 4 живописные колонны, которые теперь не реальный объект пространства, а часть живописного фона. Такой прием измененного повторения изображения, как узнаваемая музыкальная тема, выстраивает сценографически-драматургическую арку, и становится еще одним тонким ребусом и мастерской игрой художника с подсознанием зрителя – реальность стала предметом искусства.
Приобрести билеты можно в кассе театра (телефон 66-76-30), а также на САЙТЕ Астраханского театра Оперы и Балета
