МИР, ВОЙНА и ЛЮБОВЬ (формула гения)

            Сознание, ощущение абсолютной красоты, погруженность в эфир звуков, цветов, форм... Ни одна запись, ни одна экранизация не способна передать это. Только вступив в пространство театра понимаешь, что опера не жанр, опера живой организм, иной мир, впускающий тебя и дающий так много.

           Синтез уникальной исторической локации и музыкального театра стал  буквальным оживлением истории, многовековые стены собора Успения Пресвятой Богородицы и Пречистенских ворот стали частью творческой материи оперного действа.

           С первых мгновений возникло ощущение мистерии. Символическое число мраморных колонн (двенадцать), освещенных теплым глубоким золотисто-коричневым цветом сообщило мгновенно буквально чувственное перенесение к подножию храмовой архитектуры древнего мира. Мистериальность первых впечатлений усилил хор, воздетые вверх руки, плотная хоральная фактура, разнотембровые полигармонические комплексы в оркестре сообщили сценическому действию смысл обряда космогонического значения.

           Когда имеешь дело с гениальным явлением, всегда ощущаешь присутствие некой печати  свыше, оттиска-инварианта авторского языка, постигаемого только умом. Когда речь идет о всемирно признанном гении, таком как Прокофьев, то сознание универсального всепроникающего кода авторского стиля кажется вполне естественным.

           Иван Складчиков, заслуженный артист Республики Башкортостан,(художник-постановщик), Ольга Поликарпова (художник по костюмам), Дмитрий Иванченко (видеоконтент) смогли достичь невероятного единства с музыкой. Более того, им удалось создать собственную визуальную музыку, со своей собственной лейтмотивной системой. Ни одна деталь не явилась случайной, ни один цвет, ни один символ не был брошен. Сакральные золотисто-коричневые колонны Эпиграфа открыли вторую часть оперы (картины войны), теперь по ним двигались вверх в направлении открытого неба (как здесь не вспомнить небо Андрея Болконского), превращаясь в дым пушечных выстрелов, теряя свою материальность строки романа Л.Н. Толстого: «Для чего было дано Бородинское сражение».

          Перед вступлением к восьмой картине («Перед Бородинским сражением. Строят бастион») музыкой стала звучащая среда (молотки, пилы, отдаленные неясные удары). Собственно режиссерские задачи были решены Сергеем Новиковым превосходно: вписывание героев в пространство сцены, актерская подача образов с абсолютно точной передачей исторической манеры. Нельзя не отметить выведение на сцену лошадей. Л.Н. Толстой неоднократно акцентирует внимание на лошадях как неотъемлемой части повседневной мирной и военной жизни русского общества самых разных социальных слоев. Кроме того, появление лошади на сцене размывает условность границ оперного жанра, дает почувствовать буквально физическую теплоту этих красивых животных.

         До спектакля каждый мог задаться вопросом: «все тринадцать картин в один вечер, за два с половиной часа без антракта, без потери музыки, без искажения замысла?». Работая над оперой Прокофьев писал: «если бы Толстой сумел сконденсировать свой роман вдвое, сделав из четырех томов два, вещь от этого только выиграла бы». Художественному руководителю и главному дирижеру Астраханского государственного театра Оперы и Балета, дирижеру-постановщику Валерию Воронину удалось сконденсировать тринадцать картин оперы в одновечерний спектакль не потеряв ни одной яркой музыкальной темы, ни одной значимой драматургической линии. Напротив, основные драматургические линии были представлены настолько рельефно, что стали откровением и для тех, кто множество раз слушал оперу с нотным текстом. Как тонко через все картины была проведена музыкальная тема, воплотившая то, что Толстой  стремился сказать о Наташе, то, что поражало и притягивало всех, кто встречал ее, и то, что выразил в своих предсмертных словах Андрей Болконский: «Любовь мешает смерти. Любовь есть жизнь».

        Конечно, ни один оперный спектакль, как бы великолепно не играл оркестр, насколько сплоченно не сработали бы режиссер и художники, не может обойтись без главной составляющей оперного жанра - человеческого голоса. Здесь нужно отметить, что оба исполнительских состава были великолепны. Совершенно по разному, но с равной степенью исполнительского и актерского мастерства выступили как солисты самых известных театров (Мариинский театр, Государственный Академический Большой театр России, Московский академический театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко), так и солисты Астраханского Государственного Театра Оперы и Балета: Анна Денисова и Анна Радугина (Наташа Ростова), Кирилл Матвеев (Пьер Безухов), Богдан Гуенок и Андрей Шитиков (Андрей Болконский), Илья Селиванов (Анатоль Курагин), Глеб Перязев (Федор Долохов), Евгений Никитин, заслуженный артист России и Петр Иванов (Наполеон Бонапарт), Владислав Попов и Дмитрий Шарманов (Генерал-фельдмаршал М.И. Кутузов),  Кира Кириллина и Ксения Григорьева (Элен Безухова), Илья Банник и Евгений Зеров (граф Илья Ростов) и многие другие талантливые исполнители (более пятидесяти солистов).

       Можно совершенно уверенно сказать, что Астраханский Государственный Театр Оперы и Балета и команда во главе с Валерием Ворониным подарили грандиозной опере Прокофьева «Война и мир» новую жизнь и тот облик, который восторженно примет любой человек.