Князь Игорь в Кремле

Где Европа
встречается с Азией

Один из самых молодых оперных театров России – Астраханский –
не перестает удивлять смелостью задач, что сам же перед собой и
ставит. И, как говорится, смелость – города берет: потянулся зритель
в новехонький роскошный в русско-азиатском стиле театр-дворец,
воздвигнутый всего-то пару лет назад. Более того, два дня подряд
собирает аншлаги импровизированный зал на три тысячи мест, который
театр уже во второй раз сооружает на Соборной площади Астраханского
кремля. Два года назад впервые в Нижневолжье представили «Бориса
Годунова» в формате open air и не проиграли: начинание понравилось,
и в сентябре этого года в тех же естественных исторических декорациях
давали уже «Князя Игоря».

Ансамбль Астраханского кремля уникален и прекрасен одновременно: эта застывшая музыка поражает соразмерностью пропорций, утонченностью линий, праздничностью колорита. Этот грозный страж юга Руси сегодня совсем не вызывает ужас, напротив, в нем переплетены «ренессансные» изящество и простота с русской основательностью и стремлением привнести красоту на дикие пустынные некогда берега низовьев великой реки. Место, воистину, словно создано для того, чтобы сыграть здесь не одну русскую классическую оперу. И где, как не в Астрахани, на стыке Европы и Азии, русской и степной цивилизаций, развернуть эпическое полотно оперы о противостоянии славянского и тюркского миров?

Выбор кремлевского пространства совершенно естественен: ансамбль, по крайней мере его бесспорная доминанта – Успенский собор, главный храм Соборной площади, с его мощными галереями, огромной лестницей и примыкающим величественным Лобным местом (вместе с московским на Красной площади их сохранилось в России всего два) – создает небывало компактную композицию, где расстояния сравнительно невелики, и его действительно можно использовать как более чем удачную сценическую площадку для развертывания полномасштабного исторического действа.

Сюда-то и вписали свой традиционный (а как иначе? – место обязывает!) спектакль режиссер Константин Балакин и сценограф Елена Вершинина: чуть правее разместили огромный шатер Кончака, над Лобным местом установили циклопическое зеркало, в котором отражалось капризное светило, так неуместно скрывшее свой лик как раз перед выступлением русского войска, макеты русских храмов – то парадного, то разрушенного войной, пожарищем – добавляли акцентов, становясь дополнительными визуальными точками притяжения, а на фасаде Успенского собора оживали гигантские видеографические компьютерные картины (художник Ирина Вторникова). Яркие, выразительные костюмы, динамичные танцы половцев (хореограф Константин Уральский) и живой орел довершали картину праздничного спектакля, не лишенного при этом, несмотря на масштабность задачи, правды театрального высказывания.

«Игоря» давали без антракта, уложив в два часа чистого звучания: разумеется, не обошлось в таких условиях без купюр, но они были сделаны весьма деликатно, и все основное, за что слушатель любит оперу Бородина, в астраханской редакции прозвучало: знаменитые арии, ансамбли, хоры и, конечно же, жемчужина бородинской партитуры – Половецкие пляски.

Немалым испытанием подобных проектов в наших российских условиях всегда становится работа со звуком: естественными акустическими условиями, наподобие античных амфитеатров Средиземноморья, мы не наделены, и как бы ни были красивы и притягательны исторические места, а давать оперу в них приходится со звукоусилением, использовать микрофоны, технику. В Астрахани были задействованы солидные ресурсы, чтобы добиться наилучшего звукового результата, помог и опыт с «Борисом», в результате чего никаких технических накладок не было вовсе (звукорежиссер Павел Омельченко), однако до идеального звучания было далековато: не всегда сбалансированный оркестр, нет-нет да и вылезут отдельные группы инструментов, совсем некстати выходящие на первый план, в то время как волей композитора им назначены подголосочные партии… Это замечание касается исключительно технических условий реализации проекта и ничуть не умаляет яркую, даже вдохновенную работу маэстро Валерия Воронина и его подопечных.

В отличие от оркестра голосам повезло намного больше – особенно солистам, менее – хору: певцы звучали ярко и четко, дикция была на высоте, у многих в микрофонном варианте тембры казались даже богаче, чем в естественной акустике. Впрочем, приуменьшать заслуги вокалистов не стоит: состав был подобран действительно хороший, хотя почти полностью он – из местных, астраханских кадров. Близка к совершенству Ярославна Елены Разгуляевой – такой ясный и богатый звук и одновременно выразительное, трогательное пение редко услышишь в этой архисложной партии. Богатый голос и глубокое понимание роли обольстительной Кончаковны демонстрировала Зинаида Дюжова. Бесконечно красивому и ровному баритону Руслана Сигбатулина (Игорь) несколько не хватало мужественных, властных интонаций – слишком уж «кавалерский», «фрачный» звук был у певца, особенно поначалу – ария-хит «Ни сна, ни отдыха» прозвучала уже гораздо лучше. Тенор Александр Диянов (Владимир) порадовал стабильным, красивым верхом и в целом пением выразительным, запоминающимся. Значительный, тембристый, как и положено хану Кончаку, бас Вадима
Шишкина доставил бы сплошное удовольствие слушателям, если бы не ритмическая приблизительность в исполнении партии. Единственный «варяг» показа – Андрей Валентий из Минска (Галицкий) – прекрасно вписался в ансамбль астраханских певцов, демонстрируя харизму большого артиста, органично создав образ «гуляки праздного» в равной степени вокальными и актерскими средствами.

Хору было трудно: и в плане звука, и в плане многочисленных сценических задач, возложенных на него в условиях импровизированной восьмидесяти метровой сцены – иногда присутствовала небольшая асинхронность, не всегда четкое следование за рукой дирижера. Впрочем, условия реализации проекта экстремальные, а зная подопечных хормейстера Галины Дунчевой по другим астраханским премьерам, полагаю, что это были именно технические проблемы; в то же время многие хоры, когда от коллектива не требовалось «решения сценических сверхзадач», прозвучали очень достойно.

Увы, мощное высказывание Астраханского театра – только разовый проект, увидеть который теперь можно будет лишь в видеоварианте (благо, запись осталась). Но такова частенько судьба фестивальных проектов. Будем надеяться, что свой почин молодая труппа продолжит и в стенах красавца-кремля прозвучит еще не одна русская опера!

 

Александр МАТУСЕВИЧ

Музыкальная жизнь | №9 • 2014


 

ВЕСТИ ИЗ АСТРАХАНИ

СМЕЛОСТЬ ГОРОДА БЕРЕТ

5 и 6 сентября Астраханский театр оперы и балета представил свой новый проект на Соборной площади Астраханского кремля – премьеру оперы «Князь Игорь» Александра Бородина

Традиция оперных спектаклей на открытом воздухе в нашей стране не столь уж богата и тому есть объективные причины – суровый климат и, главное, отсутствие естественных акустических пространств, пригодных для классической музыки open air: античные театры, разбросанные по всему побережью Средиземного моря и являющиеся отличными площадками для оперных фестивалей, у нас отсутствуют. Соответственно, проблема всех open air проектов в России это акустика: нет ее, увы, ни на Красной или Соборной площадях в Москве, ни на Дворцовой в Петербурге, ни у стен Святогорского или Тихвинского Успенского монастырей, ни в Новгородском или Псковском кремлях – словом, нигде, где уже не раз пытались устраивать грандиозные оперные шоу. Поэтому встает во весь рост вопрос о подзвучке – сделана она должна быть грамотно, чтобы и слышно всем и все было, и чтобы техника не подвела, и чтобы не слишком искусственно все звучало.

И все же тяга к подобным проектам в России велика. Во второй раз на open air проект решаются в Астрахани: в 2012 году его попробовали воплотить на территории Астраханского кремля (начали с «Бориса Годунова») и не прогадали, несмотря на накладки со звукоусилением и октябрьский дождичек, который чуть было не сорвал мероприятие. Интерес к событию оказался у астраханцев огромным, и вот уже спустя два года проект решили повторить – там же, в удивительном по своей гармоничности и величественности ансамбле кремля, сыграв уже не один раз, а дважды подряд эпического «Князя Игоря». Оба вечера собрали аншлаги, что лишний раз подтвердило – курс верный.

Астраханский оперный театр – один из самых молодых в стране: певческие традиции в крае богатые, славные имена музыкантов дарило Нижневолжье, а вот оперного стационара в советские годы здесь не было. Уже в трудные 1990-е появился сначала музыкальный театр, а несколько лет назад он дорос до полноценного оперно-балетного. Два года назад распахнул свои двери новый дом молодой труппы – в Астрахани построили один из самых красивых оперных театров современной России, сочетающий в своей архитектуре так уместные здесь русские и восточные мотивы.

Новый театр смело берется за самые трудные произведения мировой музыкальной литературы (тот же «Годунов», «Пиковая дама», «Отелло» и прочие), и естественный скепсис окружающих быстро рассеивается, когда видишь готовый продукт: спектакли интересные, многослойные, достойно воплощенные с точки зрения музыки. И постепенно в городе формируется оперная традиция, воспитывается публика, которой это интересно, для которой высокое академическое искусство не является пугающей заумью или пыльным музеем, но явлением живым и увлекательным.

Open air проекты Астраханской оперы – из числа амбициозных, высокорисковых начинаний, которые тем не менее получаются. Интерес публики и поддержка властей и спонсоров, уникальное своей красотой место проведения, талантливые мастера, трудящиеся над проектом, – все это не может не привести к успешному результату. Именно коротким, но емким словом «успех» справедливо назвать нового астраханского «Князя Игоря»: громадную историческую оперу гениального Бородина немного подсократили, оставив в ней все самое важное, ключевое для понимания и наиболее удачное по музыке, сотворив двухчасовое действо, вписанное в великолепный интерьер Соборной площади. Режиссер Константин Балакин и сценограф Елена Вершинина создали не дотошную историческую реконструкцию, но спектакль, являющийся эмоциональным прочтением давней истории о судьбе Руси, актуальной и поныне. Кремлевский ансамбль на импровизированной сцене дополняют шатром Кончака и гигантским зеркалом над Лобным местом, в котором отражается лик капризного Ярилы-солнца, с затмения которого начинается опера.

Несмотря на некоторую, увы, неизбежную «синтетику» микрофонного звучания (звукорежиссер Павел Омельченко), большое удовлетворение приносит музыкальная составляющая проекта. Маэстро Валерию Воронину удается передать колористическую роскошь бородинского шедевра и одновременно не дать рассыпаться этой очень разной, в известной степени клочковатой партитуре, закончить которую автору было не суждено. Крепкий вокальный состав также убеждает: «Игорь» певчески очень непрост, в нем не только хиты, но и огромные сложности для певцов. Но если в труппе есть такое золотое сопрано, как Елена Разгуляева (Ярославна), такое томное меццо, как Зинаида Дюжова (Кончаковна), такие певцы, как яркий тенор Александр Диянов (Владимир) и благородный баритон Руслан Сигбатулин (Игорь), то с этой труппой не страшно отправляться в самое рискованное плавание. Состав был усилен минчанином Андреем Валентием (Галицкий), чей вокал и артистический кураж очень украсили постановку.

Горячий прием публики совершенно оправдан: у театра получилось в очередной раз захватывающее зрелище. Хочется верить, что подобные open air станут доброй традицией и в Астраханском кремле прозвучит еще не одна русская опера!

 

Александр МАТУСЕВИЧ
2014-09-25


 

Салют в честь «Князя Игоря»!

В первую неделю сентября Астраханский театр оперы и балета показал жителям и гостям города свой новый спектакль на Соборной площади Астраханского кремля – оперу А.П. Бородина «Князь Игорь». В течение двух вечеров более 20 000 зрителей  стали свидетелями уникальной постановки, осознание которой, без сомнения, потребует длительного времени. Спектакли под открытым небом привлекают не только поклонников оперного искусства, но и представителей самых разных слоев населения, разных возрастов и профессий.  Чтобы убедиться в справедливости этих слов, достаточно было взглянуть на людское море, раскинувшееся перед Успенским собором в центре кремля 5 и 6 сентября. Два часа без антракта прошли на одном дыхании. В завершение многотысячный зрительский хор до хрипоты ревел «Браво!» и, не щадя собственных ладоней, аплодировал всем создателям спектакля.

В чём же секрет оглушительного успеха этого музыкального шоу?

Секрет первый заключается в сплочённости и профессионализме всего коллектива, направляемого сложившимся активом постановщиков: музыкальным руководителем и дирижёром Валерием Ворониным, режиссёром Константином Балакиным, художником Еленой Вершининой, хореографом Константином Уральским и хормейстером Галиной Дунчевой. Секрет второй – яркая зрелищность решения оперы Бородина, потребовавшей невиданных масштабов. Зрители стали свидетелями подлинных исторических событий XII века, пережили ошеломляющее солнечное затмение, священный ужас гигантского пожарища, крушения и возрождения красавца собора.

В спектакле участвовали более 300 исполнителей, в том числе 50 волонтёров. Несколько километров ткани пришлось израсходовать на пошив 350 роскошных костюмов, расшитых тысячами жемчужин и камней Svarovski.  Были сшиты 350 пар сапог, сделано  более 200 шлемов и столько же пик и щитов. Для имитации солнечного затмения изготовили огромное зеркало,  диаметр которого составил 7 метров. 50 ковров украсили половецкий стан. При помощи 18 проекторов осуществлялась видеопроекция на стены Успенского собора в течение всего спектакля. Большую роль играли световая драматургия (художник по свету Ирина Вторникова) и акустическая система (звукорежиссёр Павел Омельченко). Возможность масштабного просмотра обеспечила online трансляция спектакля в интернете и вещание телеканала «Астрахань-24» через спутник. Много желающих собралось возле огромного экрана форматом 6х9 метров, установленного в театральном парке.

Сразу после окончания спектакля в соцсетях развернулось активное обсуждение увиденного и услышанного. «Безусловно - большое культурное событие!» - написала  Наталья Аверина, коммерческий директор турагентства «Цезар». В ходе виртуального обсуждения журналист и музыковед Константин Гузенко отметил: «Я удивлен и восхищен. Столичный уровень!». Преподаватель детской школы искусств № 1 Рашида Модьярова призналась, что испытала чувство гордости: «В моём городе можно услышать такое, а кремль превратился в огромный зрительный зал под открытым небом!». Директор учебно-методического центра Марина Анисимова восклицала, что астраханская версия оперы «Князь Игорь» - это «грандиозное зрелище! Был настоящий спектакль, живой и красочный, был настоящий праздник! Театр молодой, но не пасует, напротив, берётся за очень сложные произведения, рискует. Ставит масштабные цели и достигает их!». Римма Москаленко восторгалась: «Проекция на Успенский собор – гениальная находка постановщиков и огромная трудоемкая работа! Молодцы!».

Музыкальная часть вызвала всеобщее одобрение. Отмечали блестящую характерную роль белорусского певца Андрея Валентия (князь Галицкий), роскошного Кончака в исполнении  народного артиста Азербайджанской Республики Али Аскерова, серьёзного Князя Игоря в трактовке солиста Мариинского театра Александра Никитина. «И все наши – молодцы!». Зрители радовались успеху Руслана Сигбатулина (Князь Игорь), Елены Разгуляевой (Ярославна), Натальи Воробьёвой и Зинаиды Дюжовой (Кончаковна), Александра Малышко и Александра Диянова (Владимир Игоревич), импозантного Кончака Вадима Шишкина. Слушатели приветствовали яркое исполнение эпизодических ролей и вспоминали колоритных гудошников Максима Палия и Алексея Михайлова, строгую сдержанную Елену Малышеву (няня Ярославны), дивных половчанок Альбину Шакирову и Евгению Старцеву, крещёного половчанина  Овлура - Дмитрия Шилова.

Профессиональные музыканты и просвещённые меломаны восторгались оркестром под управлением Валерия Воронина. Профессор Астраханской консерватории, кандидат искусствоведения Маргарита Хрущёва отметила как в этой известнейшей партитуре дирижёр подчеркнул фольклорные гены: «Валерий Воронин создал мощную полифонию; казалось,  мы находимся внутри объемного звука и тоже вибрируем.  Хор был выше всех похвал. В астраханском театре он обладает особым качеством и такой органикой, которая кажется одним голосом. Хор пел настолько красиво, что захватывало дух. В унисон с оркестром и солистами «работал» сам собор. В нём появилась живая музыка, он превратился в отдельный элемент драматургии, благодаря видеоинсталляции. Интересная хореография половецких сцен с её особым восточным колоритом и пластикой в исполнении молодой балетной труппы завораживала».

Музыковеды обсуждали купюры нотного текста. Бережные купюры сделали спектакль более динамичным, современным. Исчезли длинноты, более характерные для  XIX века, и  затянутость особенно русской линии. Кандидат искусствоведения Светлана Севастьянова назвала партитуру «подарком судьбы для постановщиков:  композитор оперу не завершил, позволив искать варианты для финала. В частности, окончание оперы мыслилось Бородиным и как свадебный хор, и как славление (что, собственно, и услышали в астраханской постановке). Недаром композитор рассуждал о родстве своей оперы и  глинкинского «Руслана». Думаю, если бы сам Бородин посмотрел наш спектакль, он был бы очень счастлив!».

По окончании спектакля зрители закономерно задавали один и тот же вопрос: какую оперу покажет театр в следующий раз в кремле? Ответа на него не знает никто. Пока не знает.

 

Н. КАЛИНИЧЕНКО,
кандидат искусствоведения
Газета «Волга» 22.09.2014l